Ее хотели множество мужчин, 
Бросали взгляды и звонили ночью, 
Она лишь находила сто причин, 
Чтоб объяснить, что это невозможно…

Ей под ноги стелили города, 
Искали встреч, писали сообщенья, 
Она была со всеми холодна, 
И не меняла никогда решенья…

Чуть сдержана, всегда на высоте, 
Воспитана, ухожена, все с толком, 
И женственность была в ее руке, 
Ну, а в душе всегда была ребенком…

Она прекрасно знала, с кем ей спать, 
Так мало тех, кого к себе пускала, 
Она умела четко выбирать, 
И ошибалась в том, что выбирала.

Ее казнила женская молва, 
Особенно всех тех, кому за тридцать, 
Любой девчонке фору дать могла, 
И журавлем могла быть и синицей.

Она не открывалась до конца, 
Никто не знал о ней, чего не надо, 
Она жила свободно, без кольца… 
И не меняла цвет губной помады.

И мало, кто сумел коснуться рук, 
Она под вечер просто исчезала… 
Она любила. Он был просто друг. 
И о любви своей всегда молчала…